Про котика и человеческое коварство

После очередного промелькнувшего в соцсетях мимимишного ролика на тему “собака встречает хозяина-военного” вспомнил, что забыл вам рассказать про котика.

Незадолго до Нового Года в гости приехал отец. Мы сидели с ним на кухне, я учил пользоваться свежеподаренной электронной книжкой, ну и просто разговаривали о жизни. Котик сначала по привычке спрятался, как он всегда делает, когда кто-либо приходит в гости. А потом пришел к нам на кухню, залез (сам!) отцу на колени и прилип. Урчал как трактор, терся башкой, обслюнявив весь свитер, смотрел, счастливо щурясь, в глаза и периодически залезал передними лапами на плечи, прижимаясь всей тушкой и тыкаясь башкой под мышку.

Это при всем при том, что в последний раз он папу видел год назад, но тогда таких излияний не было – возможно, потому что папа приехал не один, а два гостя – это в десять раз больше опасностей для котика, и не время сантиментов. А уехали мы с ним из отчего дома я уже не помню когда, тыщу лет. Ну или потому что этой осенью котику от нас досталось много вероломства – то в ветеринарку чуть ли не каждую неделю таскаем, то вообще отвозим котика в другой дом и там бросаем на съедение мелким неугомонным хомо сапиенсам – и котик решил, что настал подходящий момент показать, как он любит не нас. Так или иначе, сказать, что мы там все прифигели – не сказать ничего. Я не припомню случаев, когда этот пушистый предатель со мной так обнимался – а котик живет со мной с котячества.

Когда отец начал собираться домой, котика пришлось снимать с него вручную. А на сборы он смотрел с такими печалью и укором, что все думали – сейчас устроит истерику и ломанется следом. Но нет, не ломанулся – ужас перед Опасным Внешним Миром пересилил, видимо.

Но это только начало истории.
Перед отлетом в Стамбул котика отвезли моей тете. В том доме он был впервые, хотя родственинков моих в теории должен помнить. Котик, уже привычный к нашему коварству, поездку перенес спокойно, а в новом доме сначала обстоятельно обследовал все комнаты, а потом безошибочно заявился на кухню. Успокоенные, мы уехали собираться. На следующее утро в аэропорту меня догнала смс от тети – они не могли найти котика! Под диванами смотрели, уже наученные опытом. Даже на волшебный шорох насыпаемого в миску корма не вышел. Через час пришла еще одна смс – котика нашли, он обустроил себе логово внутри дивана. Старые советские диваны – они такие, да, там не то что котика, а слона упихать можно, и еще место останется.

По приезде нам доложили, что котик вел себя идеально, позволял себя гладить и чесать за ухом, сам залезал на колени и особенно нежно дружил с бабушкой. Последнее порадовало особенно, потому как бабушка за последний год, увы, сильно сдала, и физически, и памятью, но гости или другие новые впечатления действуют на нее положительно, она забывает о болячках. Короче, нам намекнули, что если что, мы можем котика еще оставить погостить. Тем более что котик, скотина, к нашему приезду не только не вышел встречать, а засел в своем внутридиванном логове и категорически отказывался вылезать, на все наши подлизывания реагируя лишь презрительным взглядом и отворачиванием. Сказать, что мы там все прифигели – не сказать ничего. Предложения оставить котика прозвучали с новой силой, но нам котик был дорог как память о тех временах, когда он на нас не обижался.

Через несколько дней котик, видимо, смирился и снова начал оказывать нам знаки внимания, но тут снова настало время нести его в ветеринарку…

Короче, карма у нас теперь сурово испорчена, а котик предпочитает ночью спать где угодно, но не с нами. Хотя иногда по старой памяти и дает слабину, приходя и примирительно мурча. Что с нас взять, гладкокожих, никакого понятия мы не имеем о том, как просто обидеть котиков, и как тяжко потом заслужить обратно потерянное.


You can read this post at tygernach.livejournal.com.